
Когда слышишь ?PR?, первое, что приходит в голову – очередной трехвалковый симметричный станок, коих на рынке десятки. Многие думают, что главное – это цифры: 10 мм – толщина, 6100 мм – длина гибки. Но на практике все упирается в то, как этот станок ведет себя с реальным металлом, а не с идеальными образцами из каталога. Частая ошибка – считать, что раз модель проверенная, то и проблем не будет. Увы, даже у такой, казалось бы, классической конструкции, как у PR4, есть свои нюансы, которые становятся видны только в цеху.
Брали мы этот станок несколько лет назад для проекта по изготовлению цилиндрических обечаек. Внешне – монолит, массивная станина, мощные подшипниковые узлы на валах. Но сразу бросилось в глаза исполнение механизма подъема бокового валка. Привод винтовой, ручной, что для толщин в 8-10 мм уже создает определенные неудобства. Оператору приходится прилагать значительное усилие, особенно при частой переналадке под разные радиусы. Это не критично для штучного производства, но при серийных заказах теряется время.
Здесь стоит сделать отступление. Многие производители, особенно азиатские, в этой ценовой категории часто экономят именно на механизмах тонкой настройки. Станок гнет – да, но точность позиционирования верхнего валка и синхронизация боковых требуют от наладчика большого опыта. Мы работали с оборудованием от ООО Нанкин Бошэнда Автоматическое Оборудование (их сайт – bostmachinery.ru), и знаем, что их инженеры изначально, с 1990 года, начинали с разработки листогибочных и трубогибочных станков для металлообработки. У них подход часто более прикладной. Но в случае с PR, который, вероятно, является развитием более ранних серий, чувствуется некоторая ?законсервированность? конструкции. Она надежна, но не всегда удобна.
Еще один момент – система управления. Базовая комплектация – это, как правило, простейшая кнопочная станция. Никакого ЧПУ, никаких запоминаний положений. Это значит, что все параметры гиба – положение валков, степень прогиба – устанавливаются и контролируются вручную, по разметке и шаблонам. Для архаичного цеха это норма, но сегодня, когда даже в мелкосерийном производстве требуются повторяемость и скорость, это минус. Приходится либо мириться, либо задумываться о модернизации, что само по себе – отдельная история с непредсказуемым результатом.
Заявленные 10 мм на длине 6100 мм – это, конечно, максимум для низкоуглеродистой стали St3. В реальности же, при попытке загнуть 10-миллиметровый лист по полному радиусу, станок работает на пределе. Моторы греются, редуктор шумит специфически. Мы быстро пришли к выводу, что оптимальная толщина для комфортной работы – это 6-8 мм. Все, что толще, требует идеально ровного, отожженного металла без внутренних напряжений. А где вы такое часто видели на складе?
Ключевая сложность при работе на вальцовочном станке модели PR – это контроль пружинения. Из-за ручной настройки и отсутствия обратной связи по усилию, первый гиб – это всегда проба. Делаешь подгибку кромок, сводишь валки на расчетный радиус, а после разгрузки заготовка распрямляется на 10-15 градусов. Приходится снова поджимать. На цилиндр уходит 5-6 проходов с постоянным контролем шаблоном. Это не недостаток именно этой модели, это особенность всей симметричной схемы. Но на PR4 этот процесс особенно трудоемок из-за уже упомянутого ручного винтового механизма.
Был у нас случай с нержавейкой AISI 304 толщиной 4 мм. Казалось бы, задача проще. Но тут проявилась другая особенность – жесткость конструкции на скручивание при неравномерной нагрузке. При вальцовке длинного листа, если одна сторона чуть сильнее прижата (а идеальной параллельности валков в полевых условиях добиться сложно), лист начинает ?уходить? винтом. Станок с этим борется за счет массивности, но корректировать приходится постоянно, теряя время. Опытный вальцовщик знает, что нужно делать предварительный подгиб кромок с двух сторон на строго одинаковый угол, иначе потом не выровнять. Это знание приходит только с практикой, и никакой паспорт станка его не даст.
Почему тогда выбрали именно PR4? На тот момент это был разумный компромисс по цене и надежности механической части. Рассматривали и более современные асимметричные модели, и станки с ЧПУ от того же BOST (история компании, начавшаяся в Чжуншане, говорит о глубоком понимании гибочных технологий). Но бюджет был ограничен, а задача – гнуть в основном крупные детали для строительных конструкций, где допуски в +/- 5 мм были приемлемы. Для таких целей вальцовочный станок PR подходил.
Если говорить об аналогах, то на том же рынке есть станки ИВ или СГИ с похожими параметрами. Их главное отличие часто – в исполнении станины и подшипников. У некоторых аналогов стоят подшипники скольжения вместо качения, что для интенсивной работы – слабое место. В PR4 этот узел сделан добротно. Ресурс, при условии регулярной замены густой смазки в редукторе и подшипниковых узлах, действительно высокий. У нас он отработал уже семь лет без капитального ремонта, только с заменой уплотнений.
Но прогресс не стоит на месте. Сейчас, глядя на новые разработки, понимаешь, что будущее – за станками с сервоприводами и программируемым контролем усилия. Такие есть в портфолио у BOST Machinery. Их оборудование нового поколения уже лишено многих недостатков чисто механических машин. Однако для многих предприятий, где станок включается раз в неделю, переплачивать за электронику нет смысла. PR4 – это как надежный молоток: простой, тяжелый, предсказуемый и почти не ломающийся.
Со временем мы кое-что поменяли. Самое главное – установили цифровые линейки (нониусы) на винты подъема боковых валков. Это недорого, но кардинально упростило жизнь. Теперь оператор видит точное перемещение в миллиметрах, может записывать удачные положения для часто повторяющихся радиусов. Получился примитивный аналог памяти.
Пробовали также доработать систему прижима верхнего валка, добавив гидравлический домкрат вместо штатного винта. Идея была в том, чтобы ускорить первоначальную настройку. Эксперимент оказался полуудачным. Скорость действительно выросла, но появился люфт и микровибрация в точке крепления домкрата к станине, что сказывалось на чистоте поверхности гиба при работе с тонким листом. От гидравлики отказались, вернули родной винт, но с новой антифрикционной втулкой. Вывод: кардинально менять конструкцию проверенного станка – рискованно. Лучше улучшать то, что есть, мелкими шагами.
Еще одна ?болевая точка? – направляющие станины, по которым ходят боковые стойки. Их нужно чистить и смазывать буквально после каждой смены, особенно если работаешь с окалиной или абразивной пылью. Забиваются они мгновенно, и тогда ход становится тугим, неравномерным. Мы сделали простые съемные защитные кожухи из брезента, которые сильно снизили проблему. Такие мелочи в паспорте не описаны, но именно они определяют, будет станок работать десять лет или два.
Итак, вальцовочный станок модели PR – это типичный представитель ?рабочей лошадки? постсоветского периода и раннего китайского экспорта. Он не быстрый, не высокоточный и не удобный с точки зрения эргономики. Но он чрезвычайно живуч и ремонтопригоден. Любой его узел можно разобрать в обычном цеху, любую деталь выточить на универсальном станке.
Он идеально подходит для ремонтных мастерских, небольших производств, которые занимаются штучными заказами или изготовлением крупногабаритных конструкций, где абсолютная точность не нужна. Для серийного производства цилиндров или конусов он уже малопригоден – убьетесь на переналадках.
Если же говорить о выборе сегодня, то я бы, обладая текущим опытом, сначала четко сформулировал задачи. Если бюджет позволяет и задачи сложные – нужно смотреть в сторону более технологичных решений, возможно, от тех же производителей, что и PR4, но из новых линеек. Компания ООО Нанкин Бошэнда Автоматическое Оборудование, представляющая на рынке BOST, как раз предлагает такой эволюционный путь: от проверенных механических конструкций к гибридным и полностью цифровым. Но если нужен простой, надежный и дешевый аппарат для периодических работ по гибке толстого листа, и есть опытный оператор – PR все еще может быть оправданным выбором. Главное – понимать его ограничения и не ждать от него чудес.